НЕДЕЛЬКИ

архив
  • 28.10.2018

    28 октября

    Новый аэропорт в Саратове будет открыт 1 сентября 2019 года.

     

    В Якутии задержали мужчину с рюкзаком, набитым золотом.

     

    Более полумиллиона «квадратов» жилья введут в этом году в Крыму.

     

    Село Чумикан на севере Хабаровского края обесточено из-за циклона.

     

    В Ульяновске обращена в госсобственность недвижимость, ранее принадлежавшая «Свидетелям Иеговы».

     

    Уголовное дело возбудили в Петербурге после конфликта в коммуналке с выбрасыванием кошек из окна.

  • 15.07.2018

    15 июля

    Камчатский вулкан Карымский за день выбросил три столба пепла.

     

    Авиационный полк в Карелии получил три самолёта СУ-35С.

     

    Более 20 африканцев и выходцев из Ближнего Востока пойманы при нарушении госграницы в Ленобласти в период ЧМ-2018.

     

    Домашние животные смогут ездить в поездах без хозяев – за ними будут приглядывать проводники.

     

    В Забайкалье строят дамбы для предотвращения повторного затопления посёлков.

     

    Гражданин Азербайджана прописал в магаданской квартире более 40 иностранцев.

     

    «АвтоВАЗ» все-таки снимет популярную модель LADA Priora с производства.

ВОПРОС-ОТВЕТ

Все
  • Вопрос:

    Получила на днях платёжку за коммунальные услуги и обнаружила, что плата снова выросла. Хотелось бы узнать, как это понимать? Сказано же, что перерасчёт отменили, тогда почему у нас изменились платежи? Антонина.

  • Ответ:

    Как удалось выяснить в ГЖКУ, некоторые платёжки в Железногорске, действительно пришли с непривычными суммами. Однако перерасчёт на горячую воду тут вовсе ни при чём. Дело в изменении норматива оплаты на тепло. Дело в том, что согласно закону, утверждённому Правительством Красноярского края, железногорцы, как и все жители региона, платят за тепло равными суммами в течение 12 месяцев. Общая же сумма платежей высчитывается из расчёта реального потребления тепла за прошлый год. То есть, поскольку потребление из года в год меняется (вместе с температурами) каждый январь меняется и норматив гигакалорий. Говоря проще (в переводе на деньги), если в 2017 году вы платили, условно, 10 000 рублей в год за тепло (по потреблению в 2016-м), то и получали платёжки на 10 000:12=833,33 руб. в месяц. А в 2017 году, например, было холоднее и реально вы потребили тепла за год не на 10 000, а на 12 000 рублей. Соответственно, норматив на следующий – 2018 год будет 12 000:12=1 000 рублей в месяц. А значит, вы получите платёжку за январь уже с новым нормативом, дороже (условно говоря) на 200 рублей. Вот такая коммунальная арифметика. Ирина МИТЬКИНА.

Петля для арестанта

Комментариев: 0
Просмотров: 15653

Ирина СЕРГИЕНКО

06.03.2013 00:00

Петля для арестанта

Это происшествие - чрезвычайное для закрытого Железногорска. Когда речь идет о смертельном случае, тем более в стенах изолятора временного содержания УВД, грош цена всей благополучной статистике, которой перед жителями города щеголяет руководство местной полиции. Тем более, что точка в этой истории еще не поставлена.

 

В деле 32-летнего Михаила Строгова, не дожившего всего несколько месяцев до возраста Христа, много страшного, непонятного и поучительного. И сточки зрения законности, и сточки зрения обычной человеческой морали. Незадолго до своей странной смерти Михаил работал на железногорском муниципальном телевидении. Работал, между прочим, долго - с конца 2009 года по апрель 2011 года. И даже пересидел там лихое время смены власти, перекочевав из «убитой» властями редакции Инны Акимовой (у которой он успел поработать пару месяцев) в другую - Ирины Орловой, где он трудился больше года. Интересно, знает ли редактор Орлова (к слову, член Общественного Совета при УВД) о том, что случилось с ее бывшим коллегой? Вряд ли. Потому что на похороны Михаила Строгова, которые проходили в Сосновоборске (по месту прописки бывшего оператора и звукорежиссера «Свежего телевидения» Железногорска) пришли десятки знакомых, приятелей, друзей и родных, за исключением сослуживцев-муниципалов, не удостоивших своего работника даже простого поминального венка. Как-то не по-человечески получилось. Может быть, по этой причине родители Михаила Строгова ищут теперь защиты в «Сегодняшней Газете», а не по месту бывшей работы своего сына.

 

В кольце обстоятельств

Сейчас можно лишь предполагать, что злоключения Михаила Строгова начались именно тогда, когда у парня не заладились дела на работе. По словам жены Михаила Натальи, видимо, была какая-то неопределенность на муниципальном телевидении, в том числе мизерная зарплата, которая вряд ли устраивала главу семейства, имевшего на иждивении двух малолетних детей. В это время и появились у женщины подозрения, что Миша стал употреблять наркотики. Но сам он никак не хотел это признавать. Может быть, и подумывал о том, чтоб сменить место работы, но не так скоро, как пришлось. Потому что 4 апреля 2011 года с Михаилом Строговым, по нашей информации, разорвали трудовые отношения. Об этом он рассказал своему отцу - Александру Михайловичу Строгову, который сейчас вспоминает, что сын так объяснил свое увольнение: мол, позвонили из правоохранительных органов на работу и сказали, что Михаил - наркоман. Со смыслом, конечно, сказали. Ну, а реакция не заставила себя долго ждать. И хорошего оператора, а в прошлом сотрудника красноярской госавтоинспекции, отправили куда подальше. Без объяснений, сантиментов и лирики. Никто и никогда больше из муниципальных журналистов не поинтересовался судьбой Строгова.

А Михаил уже через несколько дней после увольнения попал в ту самую мясорубку, из которой живым не вышел. Согласно следственным материалам, 11 апреля Михаила Строгова задержали оперативники уголовного розыска железногорского ОВД. И, конечно, применили-таки физическую силу и наручники со всеми вытекающими отсюда синяками и ссадинами. Причем происходило это показательное «шоу» со спецприемами в обычном маршрутном автобусе № 3 - в тот самый момент, когда пассажиры выходили на остановке. В своем заявлении на «беспричинное причинение телесных повреждений» со стороны неизвестных мужчин, которое Михаил Строгов подал уже 15 апреля 2011 года в Следственный Комитет, он детально рассказал, кто, как и куда его бил на глазах всего честного народа. Однако в возбуждении уголовного дела следователь Светлана Ревина, которой было поручено провести проверку, отказала со стандартной формулировкой: мол, применение силы было законным, поскольку сотрудники ОВД проверяли Строгова на наличие у него наркотиков.

Сложно говорить, что именно хотели от Михаила милиционеры в 2011-м. Исходя из объяснений самого задержанного, его «кололи» на какой-то грабеж, которого он не совершал. А когда Михаил предъявил свое алиби, его с пристрастием досмотрели уже в здании ОВД и нашли дезоморфин. Но при этом отпустили.

Странно, не правда ли? По логике, на свет должно было родиться уголовное дело по факту обнаружения запрещенного к обороту наркотика. Но о нем история Михаила Строгова умалчивает. Как будто и не было ничего. Не считая, конечно, заявления пострадавшего задержанного на оперативников УГРО и постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

 

Убийство или суицид?

Необъяснимо, но факт. Когда мы попытались найти хоть какую-то информацию о случившемся в апреле 2011 года ЧП в железногорском ИВС, то не отыскали на официальных сайтах силовых ведомств края ничего. Даже скромного упоминания о том, что 29 апреля в камере №12 был найден повешенным на простыне следственно-арестованный Михаил Строгов. А ведь это происшествие наделало тогда много шума. В том числе и потому, что такой, с позволения сказать, «сюрприз» свалился на голову местных милиционеров как раз накануне Общероссийского праздника - Дня Весны и Труда.

Было очевидно, что без служебной проверки не обойтись. Со своей стороны Следственный комитет усмотрел повод начать собственное разбирательство, ведь на теле повешенного Строгова судмедэксперт отыскал многочисленные очаговые кровоизлияния в мягкие ткани тела, переломы семи ребер и повреждение клетчатки почки. Большую часть этих травм Михаил получил еще при жизни, и, как предположил эксперт, некоторые из них могли возникнуть от удара с применением твердого предмета. Алкоголя и наркотиков в крови Михаила Строгова обнаружено не было.

А теперь - к хронологии тех событий. После того, как оперативники уголовного розыска публично «сняли» Михаила Строгова с маршрутки, прошло почти две недели. После чего о Строгове вспомнили в уполномоченном на то ведомстве - железногорском отделе Госнаркоконтроля. Причем, если верить рапортам и объяснениям наркополицейских, они и знать не знали о первом инциденте с Михаилом Строговым. Потому как разрабатывали собственное оперативное мероприятие и боялись спугнуть «объект». Получается, что из-за несогласованности действий силовиков и само-деятельности сотрудников ОВД могла-таки - гипотетически - сорваться операция их коллег.

28 апреля 2011 года утром Михаил ушел из дома, как вспоминает супруга Наталья, в хорошем настроении и самочувствии. Тогда она и не предполагала, что видит мужа живым в последний раз. Документально подтверждается, что в этот день примерно в 16 часов сотрудники Госнаркоконтроля проводили оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка». Суть ее заключается в том, что наркоман, согласившийся сотрудничать с правоохранителями, выступает в качестве наживки. Он якобы просит своего такого же зависимого приятеля приобрети или сделать для него за деньги наркотик. При передаче вещества последнего ловят. На такую удочку попал и Михаил Строгов. По просьбе знакомой девушки, он привез ей дезоморфин в шприце, и на выходе из городского стационара был задержан. Как утверждали в своих объяснениях участники спецоперации, Строгов оказал им сопротивление, и они вынужденно (!) применили к нему физическую силу и наручники.

В этот же день Михаилу Строгову предоставили бесплатного адвоката. В отношении подозреваемого возбудили уголовное дело и вынесли постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Сам Михаил отказывался давать показания, пользуясь 51-й статьей Конституции РФ. И признавал вину лишь частично. В квартире, где он жил вместе со своей женой, двумя детьми и родителями супруги, провели, по словам Натальи, обыск. Но ничего, имеющего отношение к наркотикам, не нашли. Оставалось решить только один вопрос: определить меру пресечения в отношении задержанного. Судебное заседание было назначено на следующий день, 29 апреля. А до этого момента Строгова посадили в городской ИВС.

В 23 часа 20 минут доставленный прошел медицинское освидетельствование. О чем имеется акт, согласно которого видимых телесных повреждений у Строгова не было, мыслей о самоубийстве он не высказывал, вел себя адекватно и спокойно. Более того, за все время нахождения в изоляторе молодой человек не обращался за медицинской помощью. Все это позволяет говорить, что Михаил Строгов вряд ли имел сломанные ребра, многочисленные кровоизлияния и повреждение почки, когда доставлялся в ИВС. Поскольку передвигаться с такими травмами если и возможно, то только с чужой помощью. Михаила определили в камеру №12. Вместе с ним там находились еще двое подследственных - Петр Краюшкин и Дмитрий Алексеев. В своих объяснениях они показали, что заметили, как тяжело было передвигаться их сокамернику Строгову. На все вопросы тот отвечал, что его якобы избил сотрудник Госнаркоконтроля. Кто - не уточнял. Но подчеркивал, что сотрудники правоохранительных органов имеют на него какую-то обиду. В дополнение ко всему Краюшкин еще припомнил, что, со слов Строгова, при приеме в ИВС его сотрудник (Строгов назвал его «начальник») обещал тому «хорошую» жизнь, если Строгов не будет писать явки о других преступлениях. Никаких конфликтов с новичком у заключенных не было. О самоубийстве Строгов ничего не говорил. А утром 29 апреля обоих сокамерников вместе с другими этапировали, в преддверии праздничных выходных, в красноярский СИЗО-1. В железногорском ИВС оставался только Строгов. Ему предстоял суд и арест - как мера пресечения на все время следствия.

Что интересно, на вопрос судьи: «Как вы себя чувствуете?» Строгов отвечал, что хорошо. Об этом есть запись в протоколе судебного заседания. Примерно в 14 часов к Строгову неожиданно пришел участковый ОВД Эдуард Хорошко. Разрешение на посещение арестованного дал сотрудник Госнаркоконтроля, который вел дело Михаила Строгова. Основанием для визита участкового явилось некое заявление, поступившее от одной гражданки 3 апреля 2011 года. Жительница города утверждала, что именно Михаил якобы совершил кражу ее драгоценностей, причем еще летом 2010 года. Ну, а поскольку найти Строгова по месту его фактического проживания никак не получалось, участковый, узнав об аресте Михаила, явился к нему сам в ИВС. Как проходил разговор, сколько он длился и чем закончился, не сообщается. Но известно, что уголовного дела не получилось.

Когда Михаила вернули в ИВС после суда, определившего ему арест до 28 июня, его снова отправили в ту же самую камеру №12. В своем объяснении дежурный ИВС Василий Пономарев сообщил, что за два часа до ЧП общался со Строговым, когда заполнял его анкету. Но самым последним живым Михаила видел постовой Евгений Слюсарь. Было это в 19 часов 35 минут. Сотрудник ИВС заглянул в смотровое окно и даже поинтересовался самочувствием Строгова. На что арестованный ответил, мол, чувствует себя нормально и ни на что не жалуется. А затем, согласно видеозаписи камеры наблюдения, в течение 59 минут (!) никто не контролировал ситуацию в блоке содержания подследственных на втором этаже ИВС. И о том, что происходило в этот момент в камере №12, объективно может рассказать только один человек - сам Михаил Строгов.

Где-то в половине девятого вечера второй постовой принес кипяток и увидел в смотровое окно, что Строгов повешен на простыне. Когда камеру открыли, Слюсарь и напарник начали оказывать заключенному первую доврачебную помощь - делали непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Одновременно дежурный Пономарев, по его словам, пытался вызвать «скорую». Но не мог - линия была постоянно занята. Врач приехал уже почти в 21 час. И констатировал смерть арестованного. Но было ли это самоповешение? Родители узнали о случившемся на следующий день. И сообщила им об этом их невестка.

 

По следам служебной проверки

После осмотра места происшествия и получения первых заключений судмедэксперта, старший следователь железногорского СО СКР по Красноярскому краю Дмитрий Лоптев подал рапорт на имя своего руководителя «об обнаружении признаков преступления» и необходимости проведения разбирательства. В ОВД уже вовсю шла своя служебная проверка, в ходе которой опрашивались все, кто имел хотя бы косвенное отношение к произошедшему.

Согласно выводам проверяющих, самым виноватым во всей истории с повешением оказался тот самый постовой Слюсарь, который оставил без наблюдения камеру, где содержался Михаил Строгов. Выяснилось и то, что вечером 29 апреля в ИВС никто из проверяющих и ответственных от руководства ОВД не приезжал и работу подразделения не контролировал, как это должно было быть. В числе наказанных оказались заместитель начальника ОВД и начальник милиции общественной безопасности Андрей Лоренц, заместитель начальника ОВД по тылу Михаил Родичкин, начальник ГИБДД Александр Чебыкин, начальник ИВС Сергей Цуркан, дежурный ИВС Василий Пономарев, дежурный по городу Цесарский. Все они либо получили выговоры, либо были предупреждены о неполном служебном соответствии. Сотрудник ИВС Слюсарь был уволен. Между тем в своем заключении сотрудник железногорского отдела СКР по краю Дмитрий Лоптев указал, что «объективно подтвержденной причинной связи между бездействием Слюсаря и самоубийством Строгова не имеется».

А вот кто причинил при жизни Михаилу Строгову телесные повреждения средней тяжести так и оставалось не выясненным. Супруга Михаила Наталья рассказывает, что к ней после смерти мужа приходил участковый и расспрашивал: а не дралась ли женщина со своим мужем накануне? Те же вопросы он задавал в беседе с родителями Натальи. «Но Миша никогда не слыл драчуном. Напротив, он был всегда спокойным и выдержанным человеком, уравновешенным и веселым», - вспоминает Александр Михайлович Строгов. И только 12 декабря 2011 года старший дознаватель ОД УМВД по Железногорску Соколовская вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении некого Щ., который, как показала доследственная проверка, и причинил травмы Михаилу за несколько дней до его якобы «самоубийства» в ИВС. Как выяснила дознаватель, между Строговым и Щ. произошел конфликт из-за того, что Михаил изготовил на деньги своего приятеля дезоморфин, но употребил наркотик весь сам единолично. Из злости Щ. нанес несколько ударов по телу Строгова. Однако объяснений самого подозреваемого Щ. в материалах дела отыскать не удалось. Так же, как и оснований, по которым дознаватель выносила свое решение. Известно лишь, что в декабре того же года она закрыла дело - в связи с внезапной смертью 6 ноября 2011 года подозреваемого Щ.

 

В законном порядке

Отец Михаила - Александр Михайлович Строгов теперь единственный, кто борется за справедливость. Родители уверены, Мишу пытали, заставляли подписать признательные показания, а потом инсценировали самоповешение. В подтверждение своих слов Строгов-старший показывает фотографии, сделанные во время похорон.

- Когда хоронили Мишу, моя жена заметила, что у него на левой руке передавленные подушечки пальцев, от того они были синие - говорит Александр Строгов, - при этом на правой руке они были абсолютно нормальные. Мы засняли это, и я показал фотографии одному специалисту у нас в Сосновоборске. Он убедительно заявил: это следы того, что Миша рукой не давал себя задушить и сопротивлялся. Иными словами, эти синяки на пальцах - результат их сдавливания удавкой. Видимо, сын боролся за свою жизнь и пытался высвободиться из петли. Но почему же эти повреждения не описал в своем заключении судебный эксперт, как будто их и не было?! Как нет там и сообщения о поврежденных ушах. Они были просто синие. На лице сына мы тоже заметили повреждения, которые сильно были замазаны гримом.

В общем, родные не согласились с решением о невиновности сотрудников правоохранительных органов Железногорска, и началось противостояние, которое продолжается и по сей день. За эти почти два года Александр Строгов получил 62 ответа из различных инстанций. Он обращался везде и всюду: в Генеральную прокуратуру, Следственный комитет, в Аппарат президента страны и Правительства России, региональные структуры, к депутатам Законодательного Собрания края, МВД. Но оттуда все разбирательства спускали обратно на место происшествия. Ну кто сам себя признает виновным, спрашивается? Однако родители Строгова требуют независимого расследования дела их сына и объективной московской ревизионной проверки деятельности железногорской полиции, прокуратуры и городского следственного отдела СКР по краю.

Еще в августе прошлого года и.о. прокурора Красноярского края Олег Камшилов письменно сообщил отцу Михаила Строгова, что «законность принятого решения проверена, оснований для его отмены не установлено, в удовлетворении жалобы отказано». Примерно такой же ответ Александр Михайлович получил из регионального Управления СКР, в котором родителей убеждали, что «процессуальная проверка проведена полно и объективно, принятое решение признано законным и обоснованным».

В конце октября Александру Строгову удалось попасть на личный прием вновь назначенного прокурора края - к Михаилу Савчину. За помощью Строгов-старший обратился и к депутату ГосДумы Александру Хинштейну, заместителю председателя Думского комитета по безопасности. И уже в ноябре ситуацию удалось переломить. Из прокуратуры Красноярского края Александру Строгову ответили, что постановлением заместителя прокурора края Сергея Белогурова его жалоба подлежит удовлетворению, а проверочные мероприятия (которыми занимался старший следователь железногорского СО СКР по краю Дмитрий Лоптев) проведены не в полном объеме, решение об отказе в возбуждении уголовного дела принято преждевременно и необоснованно, в связи с чем решение отменено 28 января 2013 года. Как и другое постановление, признанное незаконным, - об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении того самого подозреваемого Щ. Материалы по нему направлены в железногорский СО ГСУ СКР по краю.

Между тем отказные решения старшего следователя железногорского СКР Дмитрия Лоптева, не желающего возбуждать по факту случившегося в ИВС уголовное дело, неоднократно отменялись, в том числе и прокуратурой края. Последняя доппроверка проводилась Лоптевым в конце прошлого года, и 5 декабря он в очередной раз вынес решение об отказе. Однако, как констатирует зампрокурора края, до сих пор не устранены противоречия в установлении давности причинения телесных повреждений Михаилу Строгову, требования не исполнены, судебно-медицинские эксперты по данным противоречиям не опрошены.

Заместитель прокурора Красноярского края Сергей Белогуров отмечает, что при проведении проверки по факту смерти Михаила Строгова в ИВС Железногорска допущена волокита. В своем письме руководителю ГСУ СКР по региону Игорю Напалкову зампрокурора края потребовал устранения нарушений и наказания виновных лиц. Думаю, скоро мы узнаем, какие горизонты у этого весьма нерядового дела.





Новости

В регионе В России В мире
  • Антирейтинг

    Антирейтинг

    08.10.2019

    Активисты ОНФ составили антирейтинг российских городов по качеству дорог, сформировав десять непочётных номинаций. В одной из них засветился Красноярск.

  • Расплата

    Расплата

    21.05.2019

    Бывшего главу Боготола суд признал виновным в мошенничестве при получении квартиры по госпрограмме переселения из ветхого жилья, об этом сообщает пресс-служба ГСУ СКР по региону.

  • Прости-прощай

    21.05.2019

    Всё-таки главный тренер ФК «Енисей» Дмитрий АЛЕНИЧЕВ заявил об уходе. Это произошло на пресс-конференции после матча «Енисей» – «Динамо», который состоялся 19 мая на Центральном стадионе.

  • Служебная проверка

    09.04.2019

    В ГИБДД Назарово завершилась служебная проверка по факту получения начальником РЭО взятки за выдачу водительского удостоверения жителю этого города…

  • От пистолета до ножа

    09.04.2019

    В Зеленогорске пройдёт необычный турнир…

Подписаться на новости

АРХИВ

На правах рекламы