Каприс на кухне и трубач на крыше

- Ну а что делать, - разводит руками Константин Александрович Якобсон, ректор академии, сам личность творческая, заслуженный артист России, художественный руководитель ансамбля солистов "Тебе поемъ". - Если человек намерен заниматься профессиональной деятельностью, он просто обязан иметь свой личный инструмент. А чужие, попользованные, студенты не особо жалуют.

Потому-то и в общежитии не придется долго искать заветный уголок, чтобы послушать скрипку, баян или какой-нибудь другой инструмент. Музыка льется отовсюду: и с лестничной площадки, и из кухни...

Но не всегда. Всё "веселье" начинается примерно в десять вечера, когда народ возвращается из академии, и продолжаться может до утра, если, не приведи Господь, у кого-нибудь из студентов скоро концерт.

- А как быть, если академических часов не хватает? - вопрошает Екатерина, студентка отделения фортепиано музыкального факультета. - Приходится заниматься в общежитии, самостоятельно.

Если человеку, далекому от музыки, это может показаться жуткой какофонией, в которой невозможно ни отдохнуть, ни позаниматься самому, то у музыкантов с этим всё в порядке - как говорится, привычка свыше нам дана. К тому же, как мне объяснили обитатели общаги, студенты музыкального факультета умеют абстрагироваться, ставить слуховой барьер. "Например, когда я занимаюсь, не слышу ничего вокруг, хотя частенько в это же время сосед играет какую-нибудь свою тему", - поясняет Екатерина. Не редкость в таком заведении встретить человека, играющего на фортепиано в холле. Прямо не общежитие, а концертный зал. Обычно вуз называют alma mater - кормилица мать. Тогда по аналогии общежитие можно величать альма-общага.

Но есть и те, кого атмосфера студенческих хором на подвиги не толкает и на рабочий лад не настраивает. Любы тем классы вуза.

- Только для этого прийти туда надо часов в шесть утра, - делится опытом Светлана, студентка отделения народных инструментов. - Ну, или в девять-десять вечера. Чтобы место занять.

Каждая репетиция - это маленький концерт.

А особо жадные до занятий пытаются в академии и на ночь остаться, позаниматься в тишине и покое.

- Но такой энтузиазм мы пресекаем, - говорит Константин Александрович, - отдых тоже необходим. Зато днем они играют везде: в коридорах, туалетах. Народники со своими баянами часто сидят на лестничных клетках. А один трубач у нас любил по утрам выходить на крышу и дуть в свою трубу. Будил всю округу. Пришлось к порядку призывать.

Праздники в месте тесного проживания творческих людей проходят тоже необычно. О простой попойке и орущей на весь коридор магнитофонной музыке речь даже не идет, зато пение в пять голосов и залихватская игра, например, на народных инструментах - дело обычное.

- Причем просить наше сообщество веселиться потише - бесполезно, - улыбается Екатерина. - Если и начнут петь шепотом, то продлится это минут пять, не больше. Начинается форте. А потом и фортиссимо...

Иногда концерты устраиваются на лестничных пролетах, акустика там хорошая, потому пение в мгновение разносятся по всем девяти этажам. Хочешь - не хочешь, а к прекрасному приобщишься.

	Что же вам сыграть?

Актеры, живущие бок о бок с музыкантами, ничуть от них не отстают. Эмоциональность и легкое вхождение в образ спокойствия не прибавляют. Представления порой разворачиваются прямо в коридорах.

Можно ли позавидовать такой жизни? Всяк по-своему ответит на этот вопрос. Но студенты академии ему просто удивятся: жизнь как жизнь. Только в ней больше музыки. А разве музыка может мешать?

Олеся БОРОДИНА.
Фото Елены ЕВЕЛЬСОН.