ГОСТИНАЯ "БЛАГОЗВУЧИЕ"

Момент истины музыкант разделил на всех

В Красноярске с оглушительным успехом прошел творческий вечер заслуженного артиста России, лауреата международных конкурсов Виктора Яковлевича Мусса

Н ИЧТО не предвещало бури. Слушатели чинно заполняли уютный салон искусств краевой библиотеки, разбирали программки, рассаживались, разговаривали негромко - интеллигенция.

Сам виновник торжества, чувствовалось, волнуется. Но это обычно для солиста, особенно если концерт и сама встреча посвящены тебе, ты - в центре внимания. Однако прелюдия прошла спокойно. Правда, судьба музыканта растревожила многих: на вечера в гостиную "Благозвучие" Клуба православных меценатов и Государственной универсальной научной бибилотеки приходят люди чувствительные и к слову, и к музыке, и к чужим переживаниям...

Как музыкант и композитор Виктор Яковлевич Мусс известен многим красноярским меломанам и поклонникам ансамбля им. М.С. Годенко, в котором ему пришлось немало поработать. А вот о пути, который привел музыканта на большую сцену, не подозревал даже Илья Лазаревич Клеймиц, который на короткой ноге практически со всеми мэтрами российского искусства.

Российка - родина моя

- Родился я в глухой сибирской деревушке Российка. Население там было специфическое: одна половина сидит, вторая - охраняет, - начал свой рассказ Виктор Яковлевич. - Много жило в селе украинцев, литовцев, белорусов, даже два американских шпиона нашли пристанище. Дедушку моего - папиного отца - расстреляли в 37-м в Ленинграде, бабушка некоторое время там оставалась, Первую блокадную зиму пережила с детьми. А в марте сорок второго их отправили прямым ходом до Российки. Добирались долго, месяца два. До Красноярска поездом в теплушках, а потом на подводах. Бабушка прожила долгую жизнь - 94 года и до смерти не могла забыть эпизод, как один из охранников, когда всех везли к месту назначения на подводах, показал на бабушку и сказал: "А вот эта жидовка пешком пойдет!" Не простила. А мама моя была сиротой. Трудная была у моих родных судьба, но как-то ведь выжили, слава Богу. Мама с папой поженились в 1948 году, дети пошли, нас было четверо. Но вот что странно... Моим родителям власти не разрешали официально заключать брак. Получается, мы де-юре были незаконнорожденными, все на маминой фамилии. Каждый месяц папа с бабушкой ходили на отметку. В общем, все "прелести" той жизни мы на себе испытали. Но не озлобились, к счастью...

Когда родных реабилитировали, семья переехала в Ужур, где Виктор начал заниматься музыкой и, как он шутит, концертировать - с агитбригадами колесил. А на одном из конкурсов художественной самодеятельности парень вдруг занял первое место. Через несколько лет Виктор Мусс и стал студентом Восточно-Сибирского института культуры в Улан-Удэ, который окончил как дирижер оркестра русских народных инструментов.

- Мне повезло, - вспоминает Виктор Яковлевич. - В 1968 году в наш вуз прибыл мощный отряд преподавателей из центральных вузов СССР, такая специфическая культурная ссылка на три года. Заниматься у них было одно удовольствие. Ну, правда, за ними присматривали представители компетентных органов, однако передаче знаний это не мешало. Стипендия у нас была 20 рублей, так что приходилось работать. Потом, по семейным обстоятельствам, я перевелся на заочное и уехал на родину в Большемуртинский район. Там дело для меня нашлось - и в музыкальной школе, и в Доме культуры. Там же я встретил и свою любимую жену Аню. С тех пор 37 лет четыре месяца и пять дней мы вместе...

И вот после этих слов стены мощного здания библиотека, как мне показалось, вздрогнули - от аплодисментов. И спокойное течение вечера было нарушено.

Потом гости узнали, что заслуженный артист России Виктор Мусс, успел и учителем поработать.

- Когда Аня ждала ребенка, ее перевели в школу на "легкую работу". И бывало, она недомогала, а я вел за нее уроки. Представляете, уроки географии! Какой из меня географ? Но я старался. Впрочем, у меня же был педагогический стаж, - смеется Виктор Яковлевич, - я работал учителем, когда сам учеником был. Планы писал, уроки вел, оценки выводил. Был на полставки. А когда мы перебрались с женой в Красноярск, то первое время я работал в сельхозинституте на факультете общественных профессий, были такие ФОПы при профсоюзных комитетах. Конечно, я мечтал попасть в ансамбль Годенко. И моя мечта однажды сбылась. Это были прекрасные годы. Творческая атмосфера. И вообще феномен самого Годенко еще не раскрыт. Последнее время некоторые "знатоки" позволяют себе утверждать всякие нелепости: мол, ну что он там сделал, этот Годенко? Дескать, все уже давно устарело. Неправда! Умершего человека оскорбить просто. Но ансамбль Годенко - это один из вечных символов края, его гордость. Это высочайший профессионализм. И кстати, среди красноярцев, служащих искусству, немало профессионалов высокого класса.

Львиное танго от дяди Моти

- Я хотел бы в этом поддержать Виктора Яковлевича, - начал свой спич заслуженный работник культуры РФ Илья Лазаревич Клеймиц. - Чем-чем, а талантами, и не только музыкальными, Сибирь всегда славилась. Мусс учился в Улан-Удэ, а я в Иркутске. И вот вам один пример. Я был студентом музыкального училища и подхалтуривал в одном из солидных ресторанов. Но речь не обо мне. Руководителем небольшого оркестра у нас был дядя Мотя Гринберг. В один прекрасный вечер подходит к эстраде какой-то подвыпивший мужик и говорит: вот вам двадцать пять рублей (а тогда это были деньги!) и сыграйте мне танго "Рычанье умирающего льва". Все музыканты обалдели. А дядя Мотя, ничего не объясняя, взмахнул руками, воскликнув: "И-и!!!" И все начали играть это несуществующее танго. Вот что значит хороший музыкант. Виктор - это тоже высота. Он на высоте и когда баян держит в руках, и когда дирижирует, и когда музыку создает. Кстати, мы с ним в соавторстве написали несколько песен. Сейчас власть захватила попса, по крайней мере, в телеэфире. Но придет время. И все встанет на свои места. Так должно случиться!

И снова зал заштормило: Клеймиц затронул больную тему. Истинное искусство России пока находится в тени и востребовано совсем не в том мере, какой оно заслуживает. И неправда, будто оно мало кому нужно. Прекрасная музыка никогда из моды не выйдет. И всегда найдет отклик в сердцах. Будто доказывая это, настали минуты искрометной импровизации. Альберт и Даниил Шестаковы мгновенно уговорили виновника торжества присоединиться к их баяну и скрипке. Тот взял в руки свой баян, и началось что-то невообразимое - "разговор" троих виртуозов. Слушатели реагировали соответственно. Читатели, спешащие в зал иностранной литературы, замедляли шаги и приникали к стеклянным дверям салона искусств, аплодируя вместе со всеми.

И уж совсем с залом начало твориться нечто невероятное, когда перед зрителями внезапно появился заслуженный артист России Николай Горошевский, что называется танцующий хореограф. Он очень торопился - день заполнен до отказа, но не зайти к коллеге не мог. И слова теплые о музыканте сказал, и подарок всем собравшимся сделал. Причем тоже в виде импровизации. Горошевский так виртуозно отплясывал, что и у других ноги сами просились в пляс. Зрители то и дело порывались аплодировать. А солист всякий раз жестом показывал: нет-нет, слушайте ноги. А ведь он действительно выводил, точнее, выстреливал свою танцевальную мелодию ногами и руками (это вам не три притопа да два прихлопа, а тридцать три - в секунду, одно па другого замысловатей). И баян Мусса каким-то непонятным образом молниеносно подстраивался под соло танцовщика, выводя свою мелодию. На глазах у изумленных зрителей рождалось чудо.

Переждав бурю восторженных криков (солидные люди!) и оваций, Горошевский, показывая на баяниста, сказал:

- Далеко не всякий музыкант способен на такую импровизацию в дуэте с танцорам. Чувствовать танцора - это дар Божий. И он у Виктора Мусса есть!

Кто бы спорил-то... Поэтому дружно вместе с группой филармонического хора "Каприччио" под управлением Ольги Андроновой все спели ее папе, Виктору Яковлевичу, "Многая лета!"

Момент истины в тот вечер почувствовали все. Каждый по-своему. А музыкант сумел разделить его поровну, не обделив никого. И эта щедрость - тоже дар Божий.

Людмила ВИНСКАЯ.
Фото Елены ЕВЕЛЬСОН.