ИЩИТЕ И ОБРЯЩЕТЕ

Бегство от Куршевеля

Корреспонденты "СГ" ринулись на поиск "золотого кольца" в глубинку

Куршевель, Куршевель, Куршевель... На каких лыжах катается олигарх такой-то. С какими девочками тусуется олигарх этакий-то. Почему шапочки, которые обычно стоят семь евро, с приездом российских толстосумов начинают продаваться за семь тысяч. И ведь берут - восторгаясь собой. Куршевель - главная тема новостей новогодних каникул. Ну, еще всякие южные страны. Будто вся Россия устремилась из зимы в лето, чтобы заняться там серфингом, дайвингом, шопингом и дринкингом. Чтобы охотиться на крокодилов, змей, креветок, страусов. Не в прямом смысле охотиться, а покупать туфли из кожи бедного родича крокодила Гены по 24 тыщи "гринов" за один башмак, пожирать деликатесы из "гадюк" и отбивные из убиенных быстроногих страусих.

	Казанский храм в Ачинске выстоял наперекор всем напастям.

Н ЕУЖТО мир, который рядышком, тускл, убог и безрадостен? Но ведь недаром же говорится, что церковь не в бревнах, а в ребрах. Так, может быть, и мир заключен не только в Куршевеле и Мальдивах. Может, он тоже в наших ребрах, сердцах, душах... Может, наше зрение просто потеряло остроту, и нам проще с завистью увидеть на телеэкране то далекое "золото", что блестит, но не замечать золота, блеск которого приглушен сибирскими снегами и стужей, да и нашим невежеством.

Путешествие с владыкой

И вот мы с приятелями практически одновременно решили совершить рывок в поисках сибирского "золотого кольца", спонтанно выбрав несколько пунктов и без проводников ринувшись в неизвестность. За открытиями. Не для человечества. Для себя, любимых, как части человечества. Открывать в Красноярском крае есть что. Если вы разбудите в себе талант открывателя.

Сергей Миронович Киров как революционная Мельпомена Ачинска.

Едем по морозцу в сторону Ачинска. Оказывается, это не просто дорога, а путь, которым почти 140 лет назад покидал Красноярск по причине слабого здоровья епископ Никодим. Путевые записки его были изданы в 1870 году, и в них отмечены многие пункты, которые есть на современных картах. Приметливый был владыка: "Мы ночевали в деревне Ибрюль у старушки. В Сибири собственно двора нет. Постройка разбросана по площади двора без порядка, негде укрыться для нужды, везде всё видно. И это для меня всегда было испытанием". Нынче туалетная проблема, надо сказать, тоже имеет место быть. Хотя мы относимся к ней попроще и не считаем испытанием. Но доля экстрима в определенные моменты чувствуется. А вот и село Кемчуг. "Так зовется река, обтекающая сие село. Река Кемчуг - с Москву-реку, село на той стороне, на ровном месте. Мы остановились у священника Ильи Тыжкова. Чай и пирог, который есть и блюдо: откроете верхушку, под нею найдете и уху, и жаркое из отличной, сейчас пойманной рыбы"...

Так мы и пропутешествовали до Ачинска, а далее и до Боготола с нашим виртуальным гидом - епископом Никодимом. "На берегу Чулыма, - пишет он в своих записках, - в версте от нас - деревня Зерцало. Здесь спасался блаженный Даниил, скончавшийся и погребенный в Енисейском женском монастыре в 1843 году... Приехали в Боготол, здесь есть двухэтажные дома, хорошая каменная церковь. Против Боготола на той стороне Чулыма - винокуренный казенный завод. Здесь блаженный Даниил страдал от тирана и безбожного начальника. Большекозульское село. Напился здесь сибирского квасу. Такого нет в России: густ - следовательно, есть полупища, полублюдо, сладок, утоляет жажду и совершенно здоров. 18-е число. Томск. Ездил в дом купца С.Ф. Харитонова, у коего на дворе в домике прожил последние годы блаженный старец Феодор Козьмич. Сперва он жил в Белоярской станице на берегу Чулыма, в 12 верстах от Ачинска. Феодор Козьмич современен старцу Даниилу, они и жили почти в смежности: деревня Зерцало была в версте-двух от Белоярской. Феодор Козьмич искал сближения с Даниилом, но последний уклонялся. У Феодора Козьмича проглядывало западное католичество, Даниил же был чистейший православный"...

	Твоих окон узор сосновый...

А ведь судьбы старцев Феодора Кузьмича и Даниила Ачинского остросюжетнее любого современного детектива. На одной из стоянок начали читать книжку, недавно изданную нашей коллегой Валентиной Майстренко "Тихий свет Зерцал", и не могли оторваться: как всё переплетено - годы, судьбы, дороги. Куда там Куршевелю с его единообразными гулянками!

Стёрли с лица земли

Во время путешествия каких только историй мы не наслушались. В Шарыповском районе нам рассказали о слепом архитекторе-самоучке, который руководил строительством в селе Едет Казанской церкви. Всем миром возводили храм. А в 80-е годы ХХ века коммунисты стерли его с лица земли!

А про трагическую судьбу Троицкого храма в Шарыпово вполне можно написать роман, который по накалу страстей будет голов на десять выше квази-популярного "Девятного Спаса". Накануне 1917 года в России было около 79.000 православных церквей. К 1980 году их количество сократилось до 12.000. Церковь в Шарыпово попала в число тех 67.000, что были разрушены. Постановление о закрытии храма было принято 24 января 1935 года. Именно за две недели до этой даты мы оказались в тех местах, еще не подозревая о том, что творилось там чуть более семи десятилетий назад. С церкви сбросили колокола, кресты, иконы сожгли, храм превратили в ссыпной пункт для зерна. А потом церковь начали ломать. "Часть кирпичей шарыповцы использовали для кладки печей. Обломки пошли на отсыпку дорог. В 1951 году церковь была разрушена полностью". Но пришло время собирать камни... В год начала строительства нового Троицкого храма - это была единственная строящаяся церковь в России. Она буквально воскресла из пепла.

Японцы ездят любоваться Фудзиямой. Видом зимнего сибирского городка Боготол, похожего на село, тоже можно любоваться часами. И философствовать на свои, русские, темы.

Это вам не "лимон" потратить

В общем, если бы "раскрутить" наше красноярское "золотое кольцо", то, глядишь, и засверкало бы оно ничуть не слабее, чем то, в котором находятся сокровища Суздаля и прочих городов российских. Ачинскому Казанскому собору в следующем году будет уже 180 лет.

В 1937-м над Казанским собором нависла угроза разрушения. Спецкомиссия признала: "Здание Казанской церкви с вышеуказанными дефектами к дальнейшей эксплуатации непригодно". Церковный староста быстро ушел в отставку. И верующие обратились к Наталье Васильевне Сергеевой. Она согласилась занять место старосты. И когда власти решили превратить церковь в склад, она всячески сопротивлялась этому: не отдавала ключи, ездила в Москву к всероссийскому старосте М.И. Калинину, просила разрешить службы в церкви. Просьбу формально удовлетворили. Но потом женщину арестовали, и она сгинула в сталинских лагерях. А храм всё же превратили в склад. Уже во время перестройки сын Натальи Васильевны обратился в Казанский собор с просьбой об отпевании матери. Просьбу выполнили, и с тех пор Наталья Васильевна была записана на вечное поминовение в соборе.

	Никольская церковь в Боготоле.

Частенько мы теперь вспоминаем лицо этой мало кому известной героини Натальи Сергеевой. Вот ее жизнь - это подвиг. А то, о чем без устали трещит наше ТВ (такой-то истратил за неделю миллион на увеселение своей компании!), - срамота одна. А может, и не одна. Блеск денежного злата - это ведь, согласитесь, не божественный блеск.

Ангелина ДОЛЬХ.
Фото Елены ЕВЕЛЬСОН.