ЕСТЬ ЖЕ ЛЮДИ!

Не стоит путать геологию с туризмом

Эта профессия не всякого к себе подпускает. Остаются только самые надёжные и преданные делу...

В Красноярском крае в последние годы геологоразведочные работы вновь набирают обороты. Высокие результаты показывают геологи при поисках и разведке нефтяных и газовых месторождений. Особое значение для экономики региона имеют Ванкорское, Юрубчено-Тохомское, Собинское и другие месторождения. Работами последних лет обусловлен значительный прирост запасов углеводородов, а современные методы геофизических и других исследований подтверждают уникальность месторождений Восточной Сибири. Красноярский филиал Сибирской сервисной компании на территории Красноярского края сегодня занимается строительством 12 параметрических, поисковых и разведочных скважин. Это пока та минимальная нагрузка, которую может нести на себе молодое подразделение. Сегодня главный геолог филиала Андрей Владимирович МАКЕЕВ званый гость "СГ".

	Андрей сначала родился геологом, а потом стал им.

В разведку ушёл ещё в детстве

Он учился сначала в Московском геологоразведочном институте, потом в Красноярском государственном университете, а диплом по специальности "геологическая съемка, поиски и разведка" получал уже в Твери. В прошлом году в Томске получил диплом о втором высшем образовании, который подтверждает, что он профи в сфере разработки и эксплуатации месторождений нефти и газа.

- Андрей Владимирович, биография ваша по части геологического образования мне известна, но всё же, как вы стали геологом? Что было решающим фактором - любопытство, желание испытать себя или, как тогда говорили, романтика?

- Фактор любознательности был, это совсем иное, чем любопытство. Профессия геолога и геология как наука - одна из самых интересных. Геология - наука "живая", постоянно развивающаяся. В истории Земли и ее строении еще очень много "белых пятен": земная кора изучена на глубину всего несколько километров на отдельных участках. Но это к слову. А я, можно сказать, родился геологом - мои родители-геологи с двух лет "таскали" меня на полевые работы. Не в смысле, конечно, сельхозработ. Они занимались составлением геологических карт, поиском алмазов и золота в Красноярском крае. Так что я с детства хлебнул столько романтики, что сейчас без тайги и путешествий просто не могу жить. И выбор профессии у меня совпал с образом жизни, ведь геология - это не только наука, специальность, тяжелая и интересная работа, но и образ жизни, состояние души. Я не представлял иной жизни. Мне надо весной уехать в тайгу и пропадать там, пока не выпадет снег и не замерзнут реки. А геология как наука стала интересовать меня только после института, когда я начал работать.

- А давно вы в нефтяной геологии. Это правда, что сейчас она престижнее рудной?

- В нефтяной геологии я с 2002 года. Рудная геология и нефтяная - две различные специализации, поэтому мне пришлось переквалифицироваться. Но дело не в престижности. В востребованности. В институте мы геологов-нефтяников не воспринимали всерьез и называли "керосинщиками". Но сейчас существующая конъюнктура сделала нефтяную геологию наиболее перспективной. Перед геологией нефти и газа стоит много задач и вопросов. До сих пор у исследователей нет единого мнения о генезисе залежей углеводородов, путях и способах миграции и т. д.

До того, как прийти в нефтяную геологию, я занимался геологической съемкой. Это, пожалуй, самая творческая работа в геологии. Большинство месторождений были открыты в ходе геологической съемки. Значительная часть структур, благоприятных для скопления нефти и газа, были также открыты геологами-съемщиками и лишь потом подтверждены сейсморазведочными работами. Сейчас мне этот опыт очень помогает.

Жаль, время упустили

- Некоторые считают, что работа геолога - это своего рода экстремальный туризм. А можете себя представить туристом?

- Нет, это экстремальная работа. А туристом я иногда стал себя чувствовать только после того, как ушел в нефтяную геологию и стал работать вахтовым методом: появилось время и для сплавов по рекам, и на поездки в Хакасию, на горные вершины Ергаки, Кузнецкого Алатау - собственно, на туризм. Работа полевого геолога - это адский труд. Даже если ты плывешь по реке, ты всё равно собираешь материал, проводишь исследования, следовательно, туристом себя представить никак не сможешь - ты на работе.

- Люди, которые по тем или иным причинам вынуждены были уйти из геологии, особенно в перестроечные времена, испытывают сожаление, но вернуться не могут, потому что упустили время...

- Мое поколение вообще выпало из производства, отчего геологоразведочные предприятия испытывают кадровый голод. Из моей группы всего трое работают по специальности, остальные - кто в коммерции, кто где. А специалисты нам очень нужны. Особенно при высоких темпах развития предприятий Восточной Сибири, занимающихся поисками и разведкой месторождений углеводородов. Сейчас нехватка инженерно-технических работников в геологии - главная наша проблема. Мне не хватает работников в геологическом отделе, открыты шесть вакансий полевых геологов (работает при этом 12 человек). В то же время у нас на предприятии работают опытные профессионалы. Я бесконечно благодарен Павлу Петровичу Скоробогатых - нашему старейшему геологу, одному из самых больших специалистов в области стратиграфии Сибирской платформы. Павлу Петровичу 72 года! Специалистов столь высокого уровня очень мало. Среди таких специалистов можно отметить Юрия Васильевича Кяргина, проработавшего в нефтяной геологии много десятков лет. Он помогает воспитывать молодых геологов. Олег Андреевич Васильев имеет большой опыт в испытании скважин.

- Кстати, сколько нужно времени, чтобы вырастить полноценного специалиста?

- Когда я работал в геолого-съемочной экспедиции, профессионалом я себя почувствовал примерно через пять лет. У нефтяников своя специфика. Нефтяной геолог должен хорошо знать геологию региона, уметь интерпретировать геофизические данные, давать прогноз на вскрытие продуктивных горизонтов, предвидеть возможные геологические осложнения и т. д. И в то же время - проводить качественные исследования скважин на нефть и газ, а для этого, кроме знаний, необходим большой практический опыт, потому что каждая скважина при испытании ведет себя по-разному. Сегодня средний возраст геологов, работающих в нефтегазовых компаниях и вообще в геологии, если верить статистике, 50 лет... Профессия сегодня очень востребована, так как кроме производственных предприятий геологи нужны в других структурах, в том числе контролирующих и регулирующих деятельность производственников. И многие специалисты стремятся туда попасть, потому что ответственности меньше и руками делать ничего не надо, как нам.

В Восточной Сибири идет бурное развитие, строится нефтепровод... Сюда сейчас пришли все крупнейшие компании-недропользователи страны. Они занимаются поисками, разведкой и разработкой месторождений полезных ископаемых на территории края. Если даже учебные заведения начнут усиленно готовить геологов, только лет через десять мы получим полноценных профессионалов. Раньше профессии геолога-нефтяника краевые образовательные учреждения не уделяли должного внимания. Через два года в Красноярске выйдут первые выпускники факультета нефти и газа.

- С чем подходите к празднику?

- Вообще-то в нефтяной геологии есть еще праздник - День нефтяника. А День геолога больше для души, чем для отчетов... Тем не менее по итогам марта мы можем говорить о выполнении плановых заданий, о реализации того объема работ, который мы сегодня на себя взяли. Я убежден, что впереди у нас - только лучшее...

Виктор НЕФЁДОВ.
Фото из семейного альбома.