Зеркало

ШОП-ТУР

Труженики челночного фронта не сдаются

Приговор мешочникам не приведён в исполнение. Потому что пока есть спрос, будет и предложение. А спрос есть!

	Челночники были, есть и будут. По крайней мере, на наш век хватит.

С ЛУХИ о закате челночного бизнеса сильно преувеличены. До меня это сразу дошло, когда в стамбульском аэропорту на меня, со всех сторон зажатую тяжелыми баулами, упал сверху еще и чей-то увесистый тюк.

Перед поездкой в Стамбул одна чиновница в два счета, как ей показалось, доказала мне, что челноки изжили себя как класс.

- По нашим данным, одежду у челноков на рынках покупают всего пять процентов населения, - важничала дамочка. - Это уж самые бедные, наверное. Вот вы же у них не одеваетесь?

Я дипломатично промолчала. Хотя на языке так и вертелся вопрос, а где она сама брала костюмчик в клеточку, подозрительно смахивающий на мой, оставшийся дома. Про себя точно знаю: покупала не в бутике. Но дело не в этом. Как-то обидно стало за тружеников челночного фронта, которые в девяностых годах самоотверженно одевали и обували соотечественников, а теперь их, как лишнее звено, выбрасывают из отечественной экономики.

Однако с похоронами "мешочного явления" явно поторопились. Даже по данным Росстата челночный оборот с Турцией в позапрошлом году составил шесть миллиардов долларов, то есть практически половину всего импорта из этой страны. По подсчетам турецкой стороны, сумма товара, вывезенного российскими челноками из Стамбула, достигает $10 млрд. В перестроечные времена наши мешочники перетаскивали через границу шмотья и на 20 миллиардов.

Стамбул не Париж. И не надо!

В турфирмах подтверждают, что количество шоп-туристов в стране за последние годы сократилось. Если к концу девяностых в стране активно челночили до полумиллиона человек, то сейчас осталось 50-70 процентов. Как правило, это владельцы небольших магазинов или торговых точек на провинциальных рынках. Остальные - домохозяйки, готовые за выходные потратить на себя и друзей 5-10 тысяч долларов. Тем не менее, в самолете российские домохозяйки, оккупировавшие треть салона, снисходительно просвещали всех, что в смысле моды Стамбул - "далеко не Париж и никогда им не станет". Однако, судя по тому, с какими баулами они потом возвращались, в Турции тоже нашлось что купить.

Не избалованная Парижем я так и вовсе слегка ошалела от обилия разнообразных товаров. Кажется, есть все, и это все - хорошее. Где-то в десятом по счету оптовом магазине, когда мы со знакомым челноком Юрой из Новосибирска сметали с вешалок атласные штаны, я окончательно отказалась от попыток понять, почему мы выбираем именно эти, а не другие, которые в соседней лавке на вид лучше и дешевле. "Фирма известная, ткань модная", - скороговоркой отбивался напарник. Вообще-то раньше для россиян любая "фирма", доставленная из Стамбула, называлась "просто Турция". Оказалось, что те, кто до сих пор так считает, безнадежно отстали от жизни. В турецкой загранице уже давно присутствуют и "Левайс", и "Карден". Причем не поддельный, а в виде совместных предприятий, но с ценами из-за дешевизны турецкой рабсилы ниже "родных". Наши бизнесмены в этих "Левайсах" и "Карденах" как рыба в воде, первыми забирают на родину последний писк моды.

Юра без ложной скромности просвещал, что если бы не челноки, то, например, в нашей "сибирской глуши" граждане до сих пор бы наряжались в телогрейки какого-нибудь закукуйского производства. Теперь гоняются только за прославленной "фирмой", пусть и турецкого розлива.

Если честно, то с "розливом" иногда случаются накладки.

Предпринимательница Зоя заказала у турецкого "Кардена" партию пиджачков по фотографии от законного производителя. Получились как настоящие. Половину продала и обнаружила, что женская застежка на мужскую сторону. Привезла остатки назад, чтобы не подрывать репутацию своего бутика. Взяли, хоть и покупательница из "глуши", без звука, да еще и новую партию пошили за свой счет. Турки на полном серьезе утверждают, что потеря каждого русского клиента грозит обвалом всей их национальной экономики. Забавно: невнимательная Зоя из провинции запросто могла вогнать Турцию в коллапс.

- Бизнес отлично понимает, что привлечь русских можно только высоким качеством, - поделился со мной председатель ассоциации промышленников и предпринимателей Стамбула Мохаммед Гюр. - Иначе они в любой момент уйдут на Запад. Нам это не нужно. Турецкое правительство помнит, что на плечах ваших коробейников поднялись целые регионы, весь север турецкого побережья Черного моря. Фирмы, которые с этим не считаются, уже прогорели.

В надежных стамбульских магазинах можно даже не приглядываться к швам и заклепкам. На фабриках организованы службы типа бывшего советского ОТК, за брак - серьезные карательные меры. Кнут, конечно, дисциплинирует, но главная загадка турецкого качества, по-моему, так и не будет разгадана. Примерив в меховом магазине "Zurih" безукоризненно сшитую дубленку, я попросила хозяина Абдула Азиза показать фабрику, где ее делали. Производство располагалось рядом, под крышей какого-то торгового здания. В двух замурзанных комнатушках родственники Абдула строчили мех на допотопных машинках, на таких же столах клеили кожу и что-то выстукивали молоточками. Я была откровенно разочарована, пока "с конвейера" не сошло точно такое же изделие, которое было в магазине. Самое интересное, что на вопрос, сколько уплатили дизайнеру за разработку модели, Абдул Азиз с искренним простодушием ответил, что дизайнера у них нет, каждая новая модель создается "по рисункам и пожеланиям клиентов из России".

Портрет как пропуск

Из Турции все едут с одинаковыми баулами, и на российской таможне одинаково разводят на бабки что прожженного челнока с распухшим от турецких виз паспортом, что солидную домохозяйку, клятвенно доказывающую, будто партия штанов у нее в сумке предназначена исключительно "для личного пользования, на вырост". Одну такую зануду на глазах корреспондента "Московских новостей" таможня заставила перемерить все брюки. На шестой паре дама сдалась и положила в паспорт две мелкие купюры с портретами американских президентов. Портреты и глазом не успели моргнуть, как оказались в кармане форменного кителя. Вырвавшуюся на свободу попутчицу толпа проводила завистливыми взглядами. Было ясно, что основная масса от встречи с родиной так легко не отделается.

По закону каждый пассажир, следующий из Турции, может провезти в багаже тридцать килограммов груза, не облагаемого пошлиной, и 5 кг с собой в салоне. Вроде разумная льгота. Но фокус в том, что стоимость груза не должна превышать двух тысяч долларов. Уложиться в эти рамки можно, лишь накупив в Турции хлопчатобумажных трусов по полдоллара за штуку. Дураку ясно, что, допустим, 30 кг джинсов или кожаных курток стоят уже не $2000. По закону надо декларировать груз и платить государству пошлину, которая может достигать двукратной стоимости товара. Поэтому челноки изыскивают любые способы договориться с таможней "по-хорошему". Вопрос: во сколько это "хорошее" обходится? Перед праздниками берут больше. Но хуже всего, когда у таможни приступ борьбы с коррупцией - тогда обдирают по полной.

Мы прилетели в пять утра. Слава Богу, обошлось без приступа.

Людмила БУТУЗОВА.
Фото Елены ЕВЕЛЬСОН.