БАЛЛ ПРЕССЫ

Без олигарха СМИ не сирота

Но не всякий журналист может позволить себе роскошь быть независимым. Тут уж или пан, или пропал...

На сайте Тайга.инфо появился недавно плач Ярославны в мужском исполнении. Статья красноярского журналиста с приставкой "известный" (вдруг без пояснений не поймут, что известный, да спросят: кто таков?) поведала, "как убивали печатное слово в Красноярске". Жуткая картина! Хотя не удивлюсь, если, дочитав до конца этот "крик вопиющего в пустыне", кто-то цинично решит: такую прессу грех не прикончить - привыкла к тепличным условиям. Но автор свои стрелы направил в тех, кто якобы угробил несчастную. Цитирую: "И теперь Александр Геннадьевич (имеется в виду Геннадиевич. - Л.В.) продолжает мило улыбаться, танцуя со студентками на губернаторском балу. И даже говорит об уровне журналистики как одном из достояний края. В то время как люди, которых он привел, кого допустил до управления отраслью, сделали всё, чтобы превратить ее в выжженное безжизненное пространство. Печатные СМИ в Красноярске могут начать возрождаться лишь тогда, когда правящая Корпорация уйдет из края". Что же, край без власти останется? Или какие-то чиновники- мазохисты придут, которые скажут: вот вам, братья-журналисты, розги и большие оклады от государства, только бейте нас побольнее, разоблачайте нас дённо и нощно? Полный бред! Но что же делать? О том, как прессе стать независимой, мы беседуем с обозревателем международного отдела польской "Газеты Выборчей" Вацлавом РАДЗИВИНОВИЧЕМ.

	Вацлав Радзивинович может позволить себе роскошь высказывать собственное мнение по любым проблемам и ни перед кем не прогибаться.

Из другой жизни

- Вацлав, ваша газета вынырнула лет двадцать назад, будто из другой жизни, и многое в Польше перевернула. Как журналистам удалось реализовать эти наполеоновские планы?

- Да, собственно, и не было планов-то. Тем более наполеоновских. Просто в 1989 году люди, которые прежде были в подполье, договорились с польской властью о свободных выборах. Одно из условий договора - разрешение бывшим подпольщикам создать общенациональную ежедневную газету. Честно говоря, мы думали, что она просуществует только до окончания выборов, а потом развалится. Потому и назвали ее просто Gazeta Wyborcza - выборная газета. Но временное оказалось крепким и прочным. Она быстро набрала популярность. В номере более 50 страниц.Сейчас мы каждый день продаем 500 тысяч экземпляров. А в субботу - 700 тысяч. Для такой страны, как Польша, это много.

- Вы именуете себя независимым изданием, но некоторые считают вас олигархической газетой.

- Да-да, слышал: Помните, был такой концерн "Медиа-Мост" (радио "Эхо Москвы", журнал "Итоги", ежедневная газета "Сегодня", НТВ). Всё это называлось империей олигарха Гусинского и стоило пять миллиардов долларов. Наша газета - одна! - стоит два миллиарда. Так она котируется на бирже в Лондоне. Но у нас нет владельца. Коллектив-олигарх? Глупо. Владельцами газеты являемся все мы: я, мои коллеги - все. Нам никто не может диктовать. Мы ни у кого не берем денег - ни у партий, ни у олигархов, ни у власти.

- Какая же власть даст деньги такой газете! О вашем сражении, другого слова и не подберу, с братьями Качиньскими ходят легенды. Что в них правда, а что - вымысел?

- Правда в том, что "Газета Выборча" решила свергнуть премьера Ярослава Качиньского - брата-близнеца президента Леха Качиньского. Свое дело мы сделали: братья в октябре проиграли парламентские выборы. И если их сейчас спросить, кто же виноват в этом поражении, оба скажут: "Газета Выборча".

У премьера была коалиция, в нее входила и партия самообороны. В структуры, за которые отвечал Ярослав Качиньский, принимались симпатичные девушки на хорошие должности с завидным жалованием. Но за это они должны были, извините, ложиться под дедушек из партии самообороны. Обнаружив это, мы подняли большой скандал. Нас обвинили в клевете. Начались судебные разбирательства. Но мы доказали, что это не единичный случай, а именно механизм. И тот секс-скандал убил коалицию. Она развалилась, хотя должна была еще года три рулить в Польше. Ее развалу способствовали и другие скандалы. Потому что наши конкуренты из других изданий тоже начали копать. И много чего нарыли.

Между "Газетой Выборчей" и Качиньскими всегда было противостояние. Они хотели "закрыть" страну, затормозить процесс вхождения Польши в Европейский Союз. Мы два года с ними спорили - пыль до потолка. Арбитрами "поединка" стал электорат, тогда процентов 95 высказались против Качиньских. Это были избиратели, поверившие газете.

Свобода требует жертв

- Но все-таки, Вацлав, с чего начинается независимость журналиста?

- С внутренней свободы, с готовности идти на жертвы. Журналист не должен поддакивать власти. В "Газете Выборчей" невозможно, чтобы статья начиналась со слов: "Вчера президент Лех Александрович Качиньский приехал посетить такой-то объект..." А у вас сплошь и рядом. Чего боитесь? Самих себя? И еще - за собственную свободу надо платить. Иногда несвободой. Знаете, в Польше ввели закон: если кто-то сидел в тюрьме, он не может быть послом. Никто из нас, основавших "Газету Выборчу", послом не будет: мы все сидели. Все! Но, будучи в подполье, мы умудрялись не только газеты делать, но даже телепрограммы нелегальные. Да-да! Когда работаешь в таких условиях, кто тобой может помыкать? Ты свободен. Ты - журналист, ищешь истину. Мы независимые, но за это пришлось платить дорого: долгое время мы не знали, как повернется судьба, уцелеешь, нет ли.

Когда в 1981 году в Польше ввели военное положение и запретили "Солидарность", то ввели очень жесткую цензуру. Тысячи людей разбросали по тюрьмам. Кого-то убили. Я тогда был молодым журналистом, но уже успел кое-что понять. И я ушел из газеты. В никуда. Меня оставляли, предлагали квартиру - не согласился. Тогда-то я, как говорится, и познакомился близко с исправительной системой. Потом сидел без работы. При возможности уезжал на заработки в Швецию, Германию, но как только в Польше что-то происходило, возвращался и включался в дело. Так что видите: Вести себя порядочно иногда опасно, но иногда и полезно. В итоге - я работаю в хорошей фирме, свободен, обеспечен. Мы с коллегами прошли в другой мир, потому что с самого начала не сдались.

- А как обстоят дела со свободой слова внутри редакции?

- Свобода - не абсолютная категория. У нас нет места антисемитам, русофобам, крайним националистам. Но рынок-то свободен. И человек, чьи взгляды мы не разделяем, найдет себе место в других СМИ. У газеты есть этический кодекс. По нему и живем...

Боссов бояться - себе дороже

- Вацлав, а какие-то российские газеты вам импонируют?

- Хм... Нехороший вопрос. Но отвечу. "Ведомости" и "Коммерсант". А общая ситуация... Газеты в России практически умерли, хотя они и выходят в свет. Но то, что делается с российским ТВ, - ужас. Еще несколько лет назад я, приезжая в Москву, с интересом смотрел НТВ. Был такой профессионализм, какого даже в Америке не увидишь. А сейчас... У меня в Польше два канала: "Россия" и Первый. Любой включай - будут или новые русские бабки, или Лолита, эстрада, шоу и, простите, идиотские новости.

- Причина летального исхода?

- Вам виднее. А исполнителя приговора могу назвать - законодательная власть. Слабость российских общественно- политических газет в том, что у них нет своих денег. Они отрезаны от них. Огромные деньги уходят в издания типа "Из рук в руки". Я заметил, что и в Красноярске очень много рекламной прессы. Но она работает на тех же самых правах, что и пресса обычная. В США, для того чтобы обычные газеты могли жить, ввели простой закон: Пожалуйста, можете издавать рекламную газету. Но если в ней больше половины пространства занимает реклама, налоги будут заоблачные. Значит, в России власти выгоднее иметь карманную прессу, нежели независимую.

Это неправда, что быть свободным - значит быть бедным. Такая формула работает только в России. "Газета Выборча" независима и богата. Мы построили три самых современных в Польше полиграфических комплекса, сеть радиокомпаний, плюс к этому в нашей собственности разные здания, предприятия. В общем, огромное состояние. Оно - наше! И мы его сколотили, говоря по- русски, только за счет рекламных денег. А ведь мы начинали с нуля.

- Если считать, что пресса России на нулевой отметке, может, самое время начать отрыв?

- Вольному - воля...

- А спасенному - рай. И туда никто не торопится. Видимо, это и "тормозит" российскую прессу.

- Повторю, что сказал ранее: вам виднее.

Людмила ВИНСКАЯ.
Фото автора.